— Как все начиналось? Почему вы вообще решили поехать в зону СВО?

— Все началось с того, что папа сначала год занимался волонтерством, а потом подписал контракт и ушел на СВО. Я по нему очень скучала. В одну из поездок туда ехали мой старший брат, дядя и другие волонтеры, и я напросилась с ними. Первый раз я поехала исключительно ради папы — чтобы его увидеть. Тогда у меня еще не было мысли, что я стану волонтером и буду ездить регулярно. Но, увидев ситуацию на месте и познакомившись с местными детьми, я поняла: больше не смогу не вернуться. Сейчас у меня уже более 30 выездов.

— Помните свою первую поездку?

— Мы ехали ночью. Мне было очень страшно, потому что я понимала: еду не на отдых и было ощущение опасности. Когда мы заезжали в город Кременная, было темно, и мне показалось, что это город-призрак. Утром стало легче. Я вышла на улицу и увидела детей на детских площадках. Иногда вдалеке были взрывы, но они не обращали на них внимания, как и  на разрушенные дома вокруг. Многие из детей даже не знали другой жизни, они родились во время войны, которая идет 12 лет. Неудивительно, что дети в основном расспрашивали меня про жизнь в глубоком тылу: в Москве, Краснодаре. У них было много вопросов про мою жизнь, и я поняла: здесь меня будут ждать.

— А вам доводилось встречать своих ровесников среди волонтеров?

— Ни разу не встречала никого моложе 18 лет. Мне кажется, я одна такая, поэтому ко мне относятся особенно тепло. Сразу запоминают. Мне даже бывает стыдно, что я кого-то не узнаю, кто обратился ко мне по имени и с кем мы уже встречались раньше на фронте.

— После первой поездки вы сами стали участвовать в сборах помощи?

— Понятно, что я не могла помогать финансово. Но я участвовала в сортировке, помогала грузить пакеты и коробки с гуманитарной помощью. Сейчас я пишу посты в соцсетях, рассказываю о сборах. Обращаюсь к «старшим» волонтерам с просьбами и они никогда мне не отказывают. В общем, делаю что мне по силам. Для меня это никогда не было в тягость. Наоборот, это удовольствие — видеть, что тебе благодарны за помощь.

— А письма пишете, рисунки рисуете?

— Еще до первой поездки к папе у нас в школе часто проводили гуманитарные сборы, в которых я, конечно, участвовала. Родители закупали предметы первой необходимости, дети писали и рисовали, и от каждой семьи передавали свою коробку. Однажды получилось, что папе досталась посылка из Краснодарского края где письмо было подписано: «Наташа». Совпал город и номер школы. Но, оказалось — это была другая девочка из моей школы, на год старше. 

— На вашей странице в соцсетях я видела, что вы регулярно проводите встречи с ровесниками в качестве волонтера. О чем вы рассказываете?

— В Донецкой Народной Республике мы часто проводим встречи с молодежью. Там обычно несколько спикеров, которым ребята задают вопросы. Лично меня чаще всего меня спрашивают: почему позывной «Белка», почему я решила ехать, почему выбрала волонтерство, страшно ли было в первую поездку. 

Еще мы вместе с папой проводим в школах Уроки мужества и Разговоры о важном. Были в московских, краснодарских, тамбовских школах. Иногда я исполняю песни собственного сочинения «Я жду папу с войны» и «Мамочка Родина». Еще я с удовольствием пою их бойцам в госпиталях.

— Кстати, а почему «Белка»? 

— Позывной мне придумали бойцы, потому что я, по их словам, похожа на этого зверька внешне и такая же активная. 

— Вы много выступаете на федеральных форумах и мероприятиях для взрослых. О чем вы говорите с их трибуны?

— Людям, которые находятся там, на освобожденных территориях, очень важно, чтобы о них помнили, чтобы их не забывали. Конечно, помогать — выбор каждого, никто не обязан это делать. Но мне хочется, чтобы таких детей, как я, было больше. Чтобы ребята не оставались равнодушными. 

— Взрослые волонтеры нередко говорят о выгорании, о том, что многие их единомышленники устали и ушли из движения. У вас такое бывает?

— У меня никогда не было мысли бросить волонтерство. Сейчас это часть меня, без которой я уже не представляю свою жизнь. 

— А свое будущее как видите?

— Честно, я не люблю заглядывать в будущее. Что будет, то будет. Когда меня спрашивают, кем я хочу стать через пять или семь лет, у меня нет ответа. Я не знаю. Но волонтерство я бросать не буду, планирую продолжать.

— Ваши друзья тоже волонтеры?

— Отнюдь. У нас много других интересов, и я не хочу никому ничего навязывать. Если они сами не спрашивают, то я об этой своей стороне жизни им даже ничего не рассказываю. Считаю, что так правильно.

— Что бы вы сказали ребятам, которые тоже хотят помогать, но не знают, с чего начать?

— Начать можно с малого: с письма, рисунка, участия в школьном сборе. Главное — не оставаться равнодушным. Если появится возможность поехать и помочь лично, стоит ее рассмотреть. Это будет совсем другой опыт. Я знаю это по себе: однажды поехала увидеть папу — и поняла, что здесь меня ждут.